Звездный час  - Николай Эдельман

Кто там за рулем – Бондаренко, не Бондаренко, – но все равно надо что-то делать! Лиза перегнулась через спинку сиденья, пытаясь дотянуться до трости, которая свалилась на пол. Лиза, даже встав на колени, не могла ее достать. От рывка при очередном торможении она потеряла равновесие и, кувырнувшись, рухнула вниз головой на заднее сиденье.

Где трость?! Лизе никак не удавалось ее схватить, но та при новом толчке сама запрыгнула ей в руки. Выпустив из трости клинок, Лиза перехватила ее как копье и прицелилась немцу в шею.

Она хотела всего лишь заставить его остановиться, но на новой колдобине ее рука сорвалась, и клинок угодил немцу в плечо. Хельмут от боли дернулся, поворачивая руль совсем не туда, куда вел изгиб трассы. Краем глаза Лиза успела лишь увидеть, как перед «фордом» возник кряжистый дуб.

Удар! Лизе почудилось, что машина взбрыкнула, вскинув круп в воздух. Затем сзади обрушился новый удар. Лизу швырнуло через спинку сиденья, шарахнуло обо что-то головой, затем плечом…

Когда сотрясения кончились, она обнаружила, что лежит на переднем сиденье, а немец, полуоглушенный, но вполне живой, нависает над ней и тянет к ее горлу растопыренные пальцы. Со скрежетом распахнулась дверца. Левандовский, весь в пыли, уже без шлема, повис у немца на плечах, оторвал его от Лизы, и двое мужчин покатились вниз по склону.

Лиза, убедившись, что руки-ноги целы, поспешила к серой машине. Ее шофер, уткнувшись залитым кровью лицом в лобовое стекло, не подавал признаков жизни. Когда Лиза открыла дверь, он бескостным кулем вывалился к ее ногам. Интуиция не обманула ее – Лиза поняла это, едва увидела шрам на его правой щеке.

По ушам грохнул хлопушкой близкий выстрел, но Лиза не обратила на него внимания. Чувствуя гадливость то ли от прикосновения к телу шпиона, то ли от своего занятия, близкого к мародерству, она запустила руку ему во внутренний карман, чтобы поскорее завладеть позорными снимками.

– Лиза, что вы делаете?!

Лиза отпрянула, стукнувшись затылком о стойку двери.

– Я… я смотрю, жив ли он… – пролепетала она.

– И как?

– Н-не знаю… Нет, кажется… – И тут же, будто переключившись на другой регистр, она бросилась летчику на шею: – Евгений!..

Обнимая ее одной рукой, Левандовский другой рукой нащупал пульс у Бондаренко.

– Жив, мерзавец, – сказал он. – Только в обмороке. Но главное, Лиза, – вы целы! Ей-богу, ради того, чтобы увидеть вас живой, стоило за вами побегать!

Лиза облегченно всхлипнула. Ноги перестали держать ее, и она начала сползать из объятий Левандобского на землю.

– Что с вами? – подхватил ее летчик. – Вы не ранены?

– Нет-нет, – пробормотала Лиза, обессиленно прислонившись к машине. – Цела до сих пор. Даже удивительно…

– Где ваши? Куда он вас вез?

Этот вопрос, подействовав как окрик, мигом привел ее в себя. Лиза пружиной вскочила на ноги.

– Потом, потом, Евгений! – заторопила она. – Едем, нужно спасать дядю!

– Одну минуту, – промолвил Левандовский, глядя куда-то в сторону. – Лиза, отвернитесь, пожалуйста. Война есть война. Немцы высадили отряд за перевалом. Нельзя, чтобы этот, – указал он на неподвижного Бондаренко, – опять у них оказался.

– Нет, Евгений! – остановила его Лиза. – Он нам нужен живой! – и поспешно сочинила: – Вчера, когда я попыталась его припугнуть тем, что все про него знаю, он только рассмеялся, сказав, что у него в Москве есть покровители и ему плевать на мои угрозы. И сам стал меня запугивать. Разве можно сейчас допустить, чтобы у власти находились пособники шпионов!

«Только бы на минутку остаться с ним наедине, – думала она. – Тогда я сама его пристрелю, заберу фотографии, а потом скажу, что он на меня напал и мне ничего не оставалось…»

– Не верю я, что такой фрукт расколется, – скептически произнес Левандовский. – Ну да будь по-вашему…

Приподняв Бондаренко, он закинул его на соседнее с водительским сиденье, Лизу же пригласил назад. Машина, хоть тоже пострадала, врезавшись в «форд», сумела завестись. Левандовский развернул малолитражку, и та, вихляя, покатила вверх по дороге.

Лиза, немного успокоившись, наконец рассказала, как и где оставила своих и как она оказалась в одной машине с немцем.

– Я так и думал, что этот десант неспроста… – заметил Левандовский. – И то сказать, видел бы кто ночной взрыв, он бы и не такую силу сюда отправил!

– Одного я не понимаю, – сказала Лиза, – как они собираются эвакуироваться? Корабли, что ли, пришлют?

– Вряд ли… Часть их «юнкерсов» – это транспортники – пошла к мысу Херсонес. Вероятно, они хотят тамошний аэродром захватить и с него улететь. И это у них вполне может получиться – при такой-то воздушной поддержке. А нам и отражать их нечем – никаких наших сил здесь нет, кроме погранзастав. И корабли в море выводить рискованно – запросто без них останешься. Разве что моряков в бой послать… Если найдется кому приказ отдать. Видели бы вы, Лиза, какая тут паника ночью творилась! Я прямо из Кацивели поспешил в Ялту и еле-еле доехал. Никто ничего не знает, все носятся очертя голову, дорога забита… Ну, потом-то увидели, что больше ничего не взрывается, земля не трясется, и поуспокоились, вернулись по домам. А сейчас все по новой начнется! Бедные края – мало им этой бомбы! А меня первым делом арестовали – видно, не простили того, что я с их собрания убежал, не дав согласия. Сейчас уж даже не знаю, правильно ли я поступил…

– Правильно, правильно, Евгений! – стала убеждать его Лиза. – Вы не представляете, на что способен Бондаренко! Он все, буквально все сумеет обратить себе на пользу!

– Но вам-то удалось ему палок в колеса насовать. Ну а потом, когда обнаружили подлодку, трупы Ужова и его людей – тогда и сообразили, что нам с вами такое наворотить не под силу. Бросились искать Бондаренко, провели обыск у него на вилле. Там, кстати, отыскался труп этого Жоржа, который к вам на пляже приставал, а при нем – какие-то бумаги разоблачительные. Ну, я в подробности вдаваться не стал, меня на аэродром срочно вызвали… Когда нашли немецкую лодку и ее экипаж, да еще при таких обстоятельствах, я понял, что до войны рукой подать. Немцы еще десант не высадили, а в Берлин уже гневные ноты полетели. А сюда, я слышал, направляется с комиссией сам господин Лория, – назвал он имя министра внутренних дел, сменившего на этом посту Ужова.

Мотор машины стрелял и плевался паром, как кипящий самовар, расслышать летчика за его ревом было непросто, да Лиза и не слишком вслушивалась в его слова после того, как прозвучало имя Жоржа. Кое-как подавляя накатывавшую панику, она думала только об одном – как скорее завладеть снимками и уничтожить их!

– А я, как только добрался до аэродрома, – продолжил Левандовский, – получил приказ собирать экипаж и лететь на отражение десанта. Не знаю, кого такая светлая мысль осенила. Может, решили таким образом от меня избавиться… Ну, и добились того, на что нарывались. Какую машину угробили! И людей зазря погубили, как я сам жив остался – не знаю… Ну, мессеры – это ладно, с ними бы мы как-нибудь справились, а вот эти истребители без пропеллеров – я даже разглядеть их не успел толком… Как против них воевать? Одна надежда – что ваш дядя сумеет еще одну бомбу соорудить…